«Чудо удивления»
Рецензия на новую книгу Валерия Маркова «В ожидании чуда»
Издательство Тамбовского отделения «Литфонда России» выпустило в начале июня этого года двухсот-двадцати страничный сборник избранной лирики Валерия Маркова «В ожидании чуда», вобравший 181 стихотворение, — большинство из того, что вышло из-под пера автора в минувшем десятилетии. Стихи размещены в четырех разделах: «Голубые пруды», «Слепой дождь», «В ожидании чуда» и «Троицкий собор».
Впечатление от первого прочтения: книга проникнута духовной чистотой и высокой нравственностью, от нее исходит радость бытия, она насыщено той образностью, музыкой и очарованием слова, которые побуждают возвращаться к стихам В. Маркова еще и еще. И чем дольше и больше вчитываешься в собранные в книге стихи, тем сильнее ощущаешь их созвучность своему мироощущению, своему мировосприятию, настроению и складу души. Правда, если это душа зрячая. Но стихи ведь и читают люди с определенной внутренней настроенностью, а не те, для кого родниковая чистота и зачаровывающая образность слова нечто из области недоступного по причине неразвитости чувств, отсутствия того, что сам автор сборника избранной лирики назвал чудом удивления.
В стихах В. Маркова и первый снег, и «вспыхнувшая кленом осень», и соловьиная пора весенних вечеров, и пыльные летние проселочные дороги, и те самые голубые пруды, давшие название первому разделу книги, и свидания-расставания, и сельские пейзажи, и многое-многое другое, что под обычным пером не вышло бы за рамки обычных зарифмованных эскизов и зарисовок. Но в том-то и чудо удивления, что все перечисленное наполнено глубоким смыслом, нередко смыслом философским, который побуждает душу трудиться, видеть мир то радостным, то грустным, но непременно преисполненным поэзии.
Поэтический диапазон В. Маркова довольно широк. Он заявлен в одном из его стихотворений:
«Великий смысл падения снега
Весны приход, стремленье бега
Необратимость наших лет
Хочу понять, запечатлеть».
Понимание поэтом предназначения своего творчества четко обозначено в нескольких других стихах. Вот «Два голоса». Читаем:
«Вечернею порой начальной,
Когда весна порой цвела,
Два голоса во мне звучали —
И речь их разная была».
Первый «побуждал стихи писать
К высоким датам юбилейным,
Сомнений в жизни не искать».
Такая комфортность, такая тишь да благодать не приемлемы для автора сборника:
«Не повторяйте всуе: Русь
Великая Россия.
Такой патетики боюсь
Любви не в этом сила.
Любить Россию… Только как?
До слез, до грез, до пота.
А коль придет смертельный враг,
Чтоб в бой, как на работу».
Он пишет и о «бессовестных и страшных днях» недавней истории новой России,
когда «Поменялись ценности
Словно в страшном сне
И не стало цельности
В сердце и стране».
Он не приемлет двуличия и двойственности, с которыми «живем, фальшивые, в чувствах и делах».
Свою жизненную установку, гражданскую позицию лирический герой В. Маркова позиционирует так:
Я — не левый и не правый,
А нормальный человек.
Мне бы неба голубого,
Да чтоб к сроку ливень-дождь,
Мне б всего того земного,
Что за деньги не возьмешь.
Что по блату не достанешь,
Не оформишь, как гараж,
По приказу не достанешь,
На хранение не сдашь.
Если в жизни это будет,
Летом — зной, зимою — снег,
То скажу богатым людям:
Я теперь богаче всех.
Своими стихами, своей лирикой В. Марков зовет к добру, считая его самой большой силой («на пороге двух столетий очень хочется добра»), пробуждает в людях добрые человеческие чувства. Идет ли речь о ностальгических воспоминаниях о студенческой поре, когда еще «путь к сединам долог и впереди — стихи», о давней ли юношеской любви («Нам нравились красивые девчонки», «Я никуда не уезжаю», «Станция Лихая»), о своей родословной («…не сетовал ни разу, что я родом из крестьян», «пусть по штату я чиновник, в душе же — косарь навсегда»), о тамбовских (сампурских) ли селах, о стихах высокого гражданского звучания («Не сокращайте!», «Ржали кони под Ржаксой»), или о том, «как за жизнь нам всем держаться», «как молодость вернуть».
Творчество поэта лишено назойливого эстетства, раздражающего стремления к оригинальничанью, к позолоченной «зауми» и отдающей убожеством мысли лихости. В книге В. Маркова — умная взволнованность, глубокие раздумья, многомерность окружающего нас мира, полнота чувств и поэзия.
Евгений Голошумов
«Тамбовская Жизнь» №229 21 июня 2009 г.